/Arbat_Street_in_MSK.jpg)
Ты течешь, как
река. Странное название!
И прозрачен асфальт, как в реке вода.
Ах, Арбат, мой Арбат,
ты — мое призвание.
Ты — и радость моя, и моя беда.
Пешеходы твои — люди невеликие,
каблуками стучат — по делам спешат.
Ах, Арбат, мой Арбат,
ты — моя религия,
мостовые твои подо мной лежат.
От любови твоей вовсе не излечишься,
сорок тысяч других мостовых любя.
Ах, Арбат, мой Арбат,
ты — мое отечество,
никогда до конца не пройти тебя.
Арбат - пешеходная
улица длиной около одного километра в историческом центре Москвы.
Арбат существует с по крайней мере 15 века, что делает его одной из
старейших сохранившихся улиц российской столицы. Он является сердцем
Арбатского района Москвы. Первоначально улица была частью важного
торгового маршрута и была домом для большого количества мастеров.
В XVIII веке российское дворянство стало считать Арбат самым
престижным жилым районом в Москве. Почти полностью разрушенный
великим огнем 1812 года, связанным с оккупацией Наполеоном Москвы,
улица требовала перестройки. В XIX и в начале 20 века он стал
известен как место, где жили мелкая знать, художники и ученые. В
советский период на улице находилось много высокопоставленных
правительственных чиновников.
По состоянию на 2016 год улица считается желательным местом для жизни.
Со времен Перестройки Арбат стал символом новой свободы. В конце
80-ых годов 20- ого века здесь можно было купить джинсы, великая
ценость для советских людей позднего периода. Здесь же можно было
сыграть рок музыке, ранее запрещенная цензурой. Из-за многих
исторических зданий и благодаря многочисленным художникам, которые
жили и работали на улице, Арбат также стал важной
достопримечательностью.
Арбат — одна из древнейших улиц Москвы, расположенная в самом сердце
исторического центра города. Её протяжённость составляет около 1,2
километра. Улица начинается на площади Арбатские Ворота (часть Арбатской
площади), всего в 800 метрах к западу от стен Московского Кремля. Именно
здесь Бульварное кольцо пересекается с улицей Воздвиженка.
Название
«Арбатские ворота» сохранилось не случайно: на этом месте в XVI–XVIII
веках стояли одни из десяти ворот Белого города — мощной крепостной
стены, окружавшей Москву по линии нынешнего Бульварного кольца. Стена
была разобрана в конце XVIII века, но память о ней осталась в названиях
площадей.
От Арбатских ворот улица тянется на юго-запад, обрастая
множеством старинных переулков (Плотников, Серебряный, Кривоарбатский и
другие), чьи названия до сих пор напоминают о ремесленниках, живших
здесь в XV–XVII веках. Завершается Арбат Смоленской площадью, где он
встречается с Садовым кольцом. Дальше на запад продолжается широкая
Смоленская улица, которая несколько раз меняет название в пределах
города, пересекает МКАД и переходит в федеральную трассу М1, ведущую на
Смоленск, Минск и Варшаву.
До середины XX века Арбат оставался
важнейшей западной дорогой из Кремля. В 1960-х годах параллельно ему
проложили новую широкую магистраль — Новый Арбат (тогда часть проспекта
Калинина) с многоэтажными домами-«книжками» и широкими тротуарами, но
без характерных для старого Арбата боковых переулков. Новая улица взяла
на себя транзитный транспортный поток.
Спустя примерно два
десятилетия, в 1986 году, исторический Арбат стал первой полностью
пешеходной улицей Москвы. Чтобы избежать путаницы с соседним Новым
Арбатом, его всё чаще начали называть Старым Арбатом. Сегодня это одна
из самых узнаваемых и атмосферных улиц столицы, сохранившая память о
ремесленниках, дворянских особняках, литераторах и художниках, живших
здесь на протяжении веков.
Первые воспоминания
Название появляется в летописях как Орбат.
Самое раннее известное упоминание — 1475 год: «Погорел совсем на Орбате
Никифор Басенков». Позднее (1493 г.) это было связано с большим пожаром.
В XV–XVI веках «Арбатом» называли не только будущую улицу, но и обширную
территорию к западу от Кремли (примерно между современными Знаменкой и
Большой Никитской). Основной магистралью этой территории была тогда
Воздвиженка, которую тоже иногда называли Арбатской. Современная улица
Арбат оформилась позже, к концу XVI века, как часть важных дорог
Можайска и Смоленска.
В 1658 году указом Алексея Михайловича голоса
пробовали переименовывать в Смоленскую, но новое название не прижилось
(оно закрепилось лишь за продолжением в сторону Бородинского моста). С
появлением в XX веке Нового Арбата старый звук стал Старым Арбатом.
Основная версия происхождения название
Арабская версия (наиболее
распространённая среди историков и топонимистов)
От арабского أرباض
(arbāḍ) — множественное число от рабад/рибат («пригород», «предместье»,
«окраина», иногда «караван-сарай»).
В XV веке эта местность
действительно была западным предместьем Москвы (за счет особенностей
Кремля и частично Белого города). Слово имело влияние на русский язык
через восточных (крымско-татарских, среднеазиатских) купцов, которые
очень торговлю по Волге и через степи. Этими гипотезами придерживались
В.К. Трутовский, П.В. Сытин, Ю.А. Федосюк, М.В. Горбаневский и другие
исследователи. Она считается самой убедительной по смыслу и
распространённости.
Тюркская версия («арба» — повозка)
От
тюркского арба (телега, повозка). Сторонники связывают это либо с
торговым путем (по дороге ехали обозы), либо с Колымажной
слободой/двором, где моделируются повозки (район современных Волхонки).
Версия слабая: Колымажный двор появился позже первого упоминания Орбата,
расстояние между Арбатом и Волхонкой в средневековье оказалось позади
(там располагались другие слободы). Кроме того, непонятно, почему именно
тюркское слово закрепилось в этом районе, а не за более «ордынскими»
направлениями Москвы (Ордынка, Таганка и т.п.).
Славянская версия
Ивана Забелина
От краткой формы включенного «горбат» (неровный,
бугристый рельеф). В первом упоминании — «на Орбате». Забелин считает,
что «г» смог редуцироваться.
Критика: ландшафт Арбата относительно
ровная по сравнению со всеми другими районами Москвы, а краткие формы
включения почти не встречаются в московских топонимах.
Другие, менее
популярные гипотезы
От русского «орьба» (пахота) — рядом находилось
Всполье (открытое поле).
Общение с «арбуй» / «арбовати» (языческий
жрец, колдун, обряд) — маловероятно для православной Москвы.
От
арабского рабат/рибата в понимании «караван-сарай».
Экзотические
версии: от латинского arbutum (вишня), африканского «бата» + форманты
(«большая гора без реки») и даже от немецкого Arbeit (работа) — почти не
имеют поддержки.
В тюркских странах «Арбат» иногда связывают с
возвышенностями или водными объектами (есть одноимённые топонимы в
Хакасии, Казахстане, Армении, Иране), но прямой связи с московским
Арбатом не доказано.
XV–XVII века: торговый путь, ремесленники и стрельцы
Уже в XV веке
Арбат стал начальным отрезком важнейшей дороги, связывавшей Кремль с
западными землями Русского государства — Можайском, Вязьмой, Смоленском
и далее с Литвой и Европой. Эта Смоленская дорога имела стратегическое и
торговое значение: по ней шли посольства, купеческие обозы и воинские
отряды. Именно поэтому вдоль улицы и в прилегающих переулках селились
ремесленники, которые обслуживали и великокняжеский двор, и проезжающих.
Здесь жили плотники, серебряных дел мастера, конюхи, денежные мастера и
другие специалисты. Следы этого ремесленного прошлого до сих пор
сохраняются в названиях переулков — Плотников, Серебряный, Денежный,
Староконюшенный и ряде других.
В эпоху Ивана Грозного район Арбата
вошёл в состав опричнины. Здесь размещались дворы опричников, а позднее
— слободы стрелецких полков, охранявших западные подступы к Кремлю.
Благодаря своему положению Арбат неоднократно оказывался на пути войск.
Особенно тяжело район пережил Смутное время: в 1610–1612 годах по
Смоленской дороге и через Арбат проходили польско-литовские отряды, а
затем и ополчение Минина и Пожарского.
В XVI–XVII веках на Арбате и в
ближайших переулках стояло несколько церквей, посвящённых Николаю
Чудотворцу — наиболее почитаемому святому среди ремесленников и
торговцев. Среди них были церковь Николы на Песках, Николы Явленного и
Николы в Плотниках. Ни одна из этих церквей до наших дней не
сохранилась: они были разобраны или уничтожены в разные периоды, в том
числе в советское время.
XVIII–XIX века: дворянский и
интеллигентский Арбат
После переноса столицы в Санкт-Петербург Арбат
постепенно утратил своё прежнее значение окраинной торговой и
ремесленной улицы. Особенно сильно на его облик повлияли крупные пожары.
В 1736 году огонь практически полностью уничтожил деревянную застройку
района, а во время наполеоновской оккупации 1812 года Арбат и окружающие
переулки снова сильно выгорели. После этих бедствий улица начала
отстраиваться заново уже в другом качестве.
С середины XVIII века и
особенно после 1812 года Арбат превратился в один из самых престижных
жилых районов московской аристократии. Здесь появлялись сравнительно
небольшие, но изящные особняки в стиле классицизма и ампира — одно- и
двухэтажные дома с бельэтажами, мезонинами, колоннами и небольшими
садами. Среди владельцев были представители самых известных дворянских
фамилий: Толстые, Голицыны, Гагарины, Шереметевы, Кропоткины,
Долгорукие, Трубецкие и другие. Район приобрёл тихий, почти
«деревенский» характер: зелёные дворы, фруктовые сады, отсутствие шумной
торговли и плотной застройки. К XIX веку Арбат уже называли «московским
бульваром Сен-Жермен» — тихим, статусным и аристократическим местом, где
ценили уединение и семейный уклад.
После отмены крепостного права в
1861 году многие дворянские усадьбы пришли в упадок. Родовые гнёзда
стали продавать или сдавать, и на смену аристократии постепенно пришли
купцы, промышленники и разбогатевшие разночинцы. На месте старых
особняков начали появляться доходные дома, магазины, рестораны и лавки.
Арбат превращался в оживлённую торговую и интеллигентскую улицу. Здесь
жили и бывали писатели, учёные, врачи, художники и актёры. Улица
сохраняла атмосферу обжитого, культурного квартала, но уже без прежней
замкнутости дворянского мира.
Среди известных заведений того времени
особенно славились булочные Филиппова, кондитерские, чайные и небольшие
рестораны, куда заходили как местные жители, так и гости города. По
Арбату ходила конка, а с 1908 года по улице пустили электрический
трамвай, что ещё больше связало район с остальной Москвой и ускорило его
превращение в одну из оживлённых артерий центра.
XX век:
советский период и пешеходная зона
После революции 1917 года судьба
Арбата резко изменилась. Роскошные особняки знати и купечества были
национализированы, а многие из них превращены в коммунальные квартиры. В
просторных залах и кабинетах теперь жили по несколько семей, деля кухню,
ванную и коридоры. Несмотря на уплотнение и обветшание, улица сохранила
свою особую атмосферу: здесь продолжала селиться интеллигенция,
художники, музыканты и писатели. Арбат оставался одним из самых
«литературных» и богемных мест Москвы.
В 1930–1950-е годы улица
приобрела совсем иное, почти государственное значение. По ней часто
проезжал кортеж Иосифа Сталина, направлявшийся из Кремля на свою любимую
«Ближнюю дачу» в Кунцеве (ныне район Фили-Давыдково). Из-за этого Арбат
в народе стали называть «военно-грузинской дорогой» — намёк и на
происхождение вождя, и на особый режим охраны. Вдоль всей улицы дежурили
сотрудники НКВД, которых москвичи прозвали «топтунами».». Зимой они
часами стояли на одном месте и топали ногами, чтобы не замёрзнуть,
отсюда и пошло название. Жители хорошо знали «своих» топтунов и
старались вести себя осторожнее, когда по Арбату двигался
правительственный кортеж.
Ситуация изменилась в 1960-е годы.
Параллельно Старому Арбату проложили новую широкую магистраль — проспект
Калинина (с 1994 года — Новый Арбат). Строительство шло в 1962–1968
годах. На месте снесённых старых кварталов выросли высокие дома-«книжки»
и административные здания в духе советского модернизма. Новая трасса
взяла на себя основной транспортный поток, и Старый Арбат постепенно
утратил транзитное значение. Улица стала тише и как будто ушла в тень
соседнего гиганта.
Уже в 1970-е годы архитекторы начали задумываться
о будущем Арбата. Проект превращения его в пешеходную зону разрабатывали
специалисты Научно-исследовательского и проектного института
Генерального плана Москвы под руководством Алексея Гутнова и Зои
Харитоновой. Работы по реконструкции стартовали в начале 1980-х.
Троллейбусный маршрут перенесли, асфальт сняли, восстановили
историческую брусчатку. Установили стилизованные фонари, вазоны с
цветами и удобные скамейки.
В 1986 году Арбат официально стал первой
пешеходной улицей Москвы. С этого момента он стремительно превратился в
живой культурный и туристический центр. Здесь появились уличные
художники, музыканты, артисты, сувенирные лавки и вернисажи. Арбат снова
наполнился людьми — теперь уже не проезжающими мимо, а гуляющими,
останавливающимися и впитывающими особую атмосферу одной из самых
известных улиц столицы.
Культурное значение
Арбат прочно
связан с русской культурой и остаётся одним из самых символичных мест
Москвы. Эта древняя улица, известная с XV века, в XIX–XX столетиях стала
средоточием интеллектуальной и творческой жизни столицы. Здесь в 1831
году жил Александр Пушкин с молодой женой Натальей Гончаровой. В доме №
53 (ныне Мемориальная квартира А. С. Пушкина) они провели первые месяцы
после свадьбы. Сегодня здесь работает музей, где можно увидеть
обстановку того времени и предметы, связанные с жизнью поэта.
Улицу
воспевал Булат Окуджава, который провёл детство на Арбате. Его
знаменитая «Песенка об Арбате» («Ах, Арбат, мой Арбат, ты моё
отечество…») сделала улицу почти мифологическим образом московской души.
На углу Плотникова переулка стоит памятник барду работы Георгия
Франгуляна (2002 год) - полуарки, скамейки и фигура самого Окуджавы.
На Арбате в разное время жили и работали многие литераторы, актёры и
художники. Здесь бывали Гоголь, Толстой, Чехов, Бунин. В советское время
улица сохраняла дух интеллигенции и богемы. Рядом с театром имени
Вахтангова стоит изящный памятник принцессе Турандот, а напротив дома
Пушкина - скульптурная группа самого поэта и Натальи Гончаровой.
Сегодня Старый Арбат - это одновременно исторический памятник и живая
туристическая улица. Здесь соседствуют музеи, небольшие театры, кафе,
книжные лавки, сувенирные магазины и уличные художники, которые
по-прежнему рисуют портреты прямо на тротуаре. Несмотря на сильную
коммерциализацию последних десятилетий, Арбат сохраняет особую атмосферу
старой Москвы - смесь литературной памяти, московского двора и лёгкой
праздничности. Именно поэтому он остаётся одним из самых узнаваемых и
любимых мест столицы.
Многие сохранившиеся до наших дней здания на Арбате обладают
высокой архитектурной и исторической ценностью. Прогуливаясь по этой
знаменитой московской улице, стоит внимательно рассмотреть особняки
и памятники, каждый из которых хранит свои истории.
В 1920-е годы
дома по адресу Арбат, 9 (строение 1) стали настоящим центром
притяжения творческой богемы. Здесь работало популярное кафе
«Арбатский погребок», куда регулярно заходили Сергей Есенин и
Айседора Дункан, Владимир Маяковский и Лиля Брик, Александр Блок и
Борис Пастернак. До революции в этом же здании размещалась редакция
журнала «Сверчок».
На фасаде дома № 11 доминирует выразительная
маска льва, выполненная скульптором в духе эпохи Возрождения. Она до
сих пор притягивает взгляды прохожих. До 1917 года здесь
располагалось акционерное общество «Московские частные ломбарды»,
известное тем, что выдавало ссуды под залог драгоценностей и
ювелирных изделий.
«Дом с привидениями» возник на месте бывшей
резиденции генерала Чамберса после московского пожара 1812 года. В
рассказах Владимира Гиляровского фигурирует дом № 14, а «призраки»,
пугавшие соседей, на деле оказывались нищими и бродягами, которые
находили пристанище в подвале.
В 1906 году на первом этаже
особняка по адресу Арбат, 15/43 открылся синематограф «Большой
Парижский театр». Это заведение положило начало первой столичной
сети кинотеатров и стало важным шагом в развитии московского
кинопроката.
В начале XIX века на Арбате начали появляться
гостиницы и доходные дома купца Ечкина. В 1870-е годы владельцами
одного из них стали братья знаменитого путешественника Николая
Михайловича Пржевальского. В начале XX века дом № 23 перестроил
известный архитектор Н. Лазарев. Сегодня это здание считают одним из
самых красивых особняков Арбата: фасад украшен элементами модерна и
облицован мелкой керамической плиткой. До революции на первом этаже
работал популярный московский магазин, а в мансарде располагались
мастерская скульптора Сергея Коненкова и студия художника Павла
Корина.
«Дом с рыцарями» (Арбат, 35/5) возвёл в начале XX века
архитектор Владимир Дубровский (Дубовской). Здание предназначалось
для состоятельных жильцов и на фоне окружающих особняков выглядело
настоящим небоскрёбом. Интерьеры были отделаны дубовыми панелями,
витражами и мрамором, квартиры имели несколько комнат, а длинные
коридоры украшали огромные зеркала. Фасад здания украшен рыцарской
резьбой, от которой и пошло народное название.
Поклонники группы
«Кино» называют стены особняка № 37 «стенами Цоя». Дом был построен
в XVIII веке для графа Бобринского и выходит в Кривоарбатский
переулок. Фасад практически не менялся с 1834 года. В 1820–1830-е
годы особняк перешёл во владение графа Орлова, внука Екатерины II.
Брат Булата Окуджавы провёл детство в коммунальной комнате на
четвёртом этаже дома № 43. До революции в этом здании работал
канцелярский магазин «Надежда», который упоминается в стихотворении
Андрея Белого.
Памятник Булату Окуджаве установлен перед входом в
дом № 47/23. Когда-то на этом месте стоял знаменитый киоск с
мороженым. Температура внутри киоска оставалась прохладной круглый
год, и продавцы даже жарким летом не снимали брюк.
Дом № 51, в
котором с 1919 по 1933 год жил писатель Анатолий Рыбаков, стал одним
из главных «героев» его романа «Дети Арбата». В 1920 году в этом же
доме ненадолго останавливался Александр Блок, приезжавший в Москву к
литературоведу и историку Петру Когану.
Одним из мест действия
романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита» стал дом с гастрономом
«Смоленский» (Арбат, 50–52). В действительности здесь в 1930-е годы
работал магазин «Торгсин», где товары продавались за валюту и
драгоценности. После ликвидации этой организации гастроном получил
порядковый номер 2 и стал вторым по значимости после Елисеевского.
В 1831 году домом № 53 (строение 1) владела молодая жена Александра
Пушкина. Поэт и Наталья Николаевна прожили здесь всего три месяца,
но дом запомнился и другими жильцами. Среди них были художница С.
Акимова, брат Петра Чайковского, родственник Сергея Рахманинова и
Марина Цветаева. Сегодня в здании располагается Мемориальная
квартира-музей А. С. Пушкина.
На Арбате стоит обратить внимание и
на памятники. Бронзовая скульптурная группа «Александр Пушкин и
Наталья Гончарова» (установлена в 1999 году) — работа скульпторов
Александра и Ольги Бургановых. Памятник Булату Окуджаве создан
Георгием Франгуляном. Перед домами № 30 и № 51 установлены памятные
знаки с именами жителей, расстрелянных в годы сталинских репрессий.
На домах № 45 и № 51 также есть мемориальные доски, посвящённые
Мариэтте Шагинян, Ивану Папанину и Анатолию Рыбакову.
Ресторан «Прага»
Знаменитый московский ресторан «Прага» появился
на Арбате в 1872 году. В доходном доме, принадлежавшем Вере Ивановне
Фирсановой (здание существовало ещё с XVIII века и было существенно
перестроено в ампирном стиле в 1824 году), открылся недорогой
трактир. Название выбрали по тогдашней моде — давать заведениям
имена европейских городов. Основными посетителями были извозчики с
Арбатской площади, которые быстро переиначили иностранное «Прага» в
более понятное «Брага». Здесь кормили просто и сытно, цены держали
низкими.
Настоящий расцвет начался в 1896 году. Купец Семён (по
другим данным — Пётр Семёнович) Тарарыкин выиграл трактир в бильярд
у прежнего хозяина. Он сразу оценил выгодное расположение на стыке
Арбата, Бульварного кольца и Поварской и решил превратить скромное
заведение в первоклассный ресторан. В 1902 году здание перестроил
известный архитектор Лев Кекушев (тот самый, что работал над
«Метрополем»). Появились просторные залы, отдельные кабинеты,
бильярдные, буфеты, открытая терраса. В 1914–1915 годах архитектор
Адольф Эрихсон провёл ещё одну реконструкцию в неоклассическом
стиле: добавил колоннаду, увеличил объёмы и устроил на крыше зимний
сад. Интерьеры украсили большими зеркалами (тогда это считалось
новшеством), лепниной и изящной отделкой. На посуде появилась
фирменная надпись «Привет от Тарарыкина». Ресторан принимал публику
разного достатка — благодаря кабинетам можно было одновременно
проводить совершенно разные мероприятия.
«Прага» быстро стала
одним из самых модных мест Москвы. Здесь бывали Антон Чехов,
Александр Блок, Фёдор Шаляпин, Иван Бунин, Максим Горький, Сергей
Есенин, Владимир Гиляровский, Илья Репин и многие другие. Фирменными
блюдами считались знаменитые «расстегаи пополам» — из стерляди и
осетрины.
С рестораном связано немало ярких событий:
В
1898 году здесь отмечали премьеру «Чайки». На банкете присутствовал
сам А.П. Чехов вместе с артистами Московского Художественного
театра.
В 1913 году Илья Репин устроил торжественный банкет после
реставрации своей картины «Иван Грозный и сын его Иван»,
изуродованной в Третьяковской галерее фанатиком-старообрядцем. На
празднике выступал и Фёдор Шаляпин.
Здесь проходили
«рубинштейновские» обеды музыкантов, заседания Общества истории и
древностей российских под председательством Василия Ключевского,
свадьбы и юбилеи известных людей.
После революции 1917 года
ресторан национализировали. В здании размещали театральные курсы,
книжные магазины, а в 1924 году открыли общедоступную столовую
Моссельпрома. Именно ей Владимир Маяковский посвятил рекламные
стихи:
«Здоровье — радость, высшее благо,
В столовой
Моссельпрома — бывшая «Прага».
Там весело, чисто, светло и уютно,
Обеды вкусны и пиво немутно!»
Сюда же, по роману Ильфа и Петрова,
Ипполит Матвеевич Воробьянинов повёл Лизу в «Двенадцати стульях».
В 1930-е годы столовую закрыли. Причина была простой: по Арбату
пролегала правительственная трасса, по которой Сталин ездил из
Кремля на дачу в Кунцево. Шумное заведение на «военно-грузинской
дороге» сочли неуместным. В здании какое-то время работали
кинотеатр, библиотека имени Некрасова и спецстоловая для сотрудников
НКВД.
Второе рождение «Праги» произошло в 1954–1955 годах. После
масштабной реконструкции по проекту архитектора Б.А. Соболевского
ресторан вновь открылся и быстро стал одним из лучших в столице.
Здесь было девять залов (Ореховый, Пражский, Бирюзовый, Белый,
Чешский, Мозаичный и другие), ротонда, два зимних сада и отдельные
кабинеты. Летом работала веранда. Попасть сюда без связей или
очереди было почти невозможно. В залах принимали дипломатов и
высоких гостей, кухня сочетала русские и чешские традиции.
Именно
здесь в 1970-х годах кондитер Владимир Гуральник (работавший в
«Праге» с середины 1950-х) создал легендарный торт «Птичье молоко».
Вдохновившись одноимёнными конфетами фабрики «Красный Октябрь», он
разработал рецепт воздушного суфле, который стал одним из самых
желанных и дефицитных советских десертов. В кондитерском отделе
ресторана и в магазине «Кулинария» на первом этаже также продавали
знаменитый торт «Прага».
В 1995–1997 годах здание снова
реконструировали. От исторических интерьеров начала XX века и 1950-х
почти ничего не осталось — сохранилась лишь мраморная парадная
лестница. Ресторан превратился в роскошный дворец с золотом,
хрусталём и мрамором, но уже в 2010-е годы начал терять былую славу.
В октябре 2018 года «Прага» окончательно закрылась для посетителей.
Сейчас здание находится в процессе реставрации и переосмысления:
планируется сохранить исторический ресторанный объём и адаптировать
пространство под современные функции.
Главная и наиболее известная местная легенда Арбата — «Дом с
привидениями» (или «Дом висельников») по адресу Арбат, 14. Дом не
сохранился: он был разрушен во время Великой Отечественной войны и
больше не восстанавливался. На его месте сейчас сквер и более поздняя
застройка.
История дома и основные версии легенды
Дом был
красивым особняком XIX века (по одним данным — ампирный, с шестиколонным
балконом, высокими окнами и бронзовым львом во дворе). Владельцами в
разное время называли князей Шаховских, Оболенских, Халиковых или
Хилковых. В конце XIX — начале XX века он уже имел дурную славу, хозяева
в нём почти не жили и предпочитали сдавать внаём.
Мистическая версия.
В доме жил князь (часто называют Хилкова), большой любитель старинных
книг и чернокнижия. Жемчужиной его коллекции была «Брюсова книга»
(приписываемая Якову Брюсу — сподвижнику Петра I, которого молва считала
алхимиком и колдуном). Слуга тайком взял книгу, надеясь найти в ней
секрет превращения металлов в золото. Когда хозяин неожиданно вернулся,
слуга спрятал фолиант (по одной версии — под плиту, где тот сгорел).
Князя нашли повешенным на собственном ремне. После этого в доме якобы
стали происходить странные вещи: зажигался свет, мелькали тени,
доносились жуткие звуки из подвала. Говорили, что книга сохранила
«негативную энергию» автора и подтолкнула хозяина к самоубийству. Слуга
вскоре спился и умер.
Криминальная/реалистичная версия. После ряда
трагедий дом долго стоял пустым. В нём обосновались бандиты, которые
сознательно поддерживали легенду о привидениях: устраивали шумы
инструментами в подвале, вешали белые простыни/рубашки у окон, чтобы
отпугивать любопытных. Когда полиция наконец нагрянула, «призраки»
оказались людьми. Тем не менее слава «проклятого» места закрепилась.
Версии с самоубийствами. По одной из распространённых историй, в доме
поселился полковник с молодой красивой женой. Жена ушла к артисту (или
офицеру), и полковник повесился (или застрелился). Потом здесь жил
чиновник с семьёй — через месяц жену и пятерых детей нашли удавленными.
После этого в доме уже никто не хотел жить. Историки отмечают, что один
из Оболенских действительно покончил с собой в этом доме, но массовые
«семейные» трагедии скорее относятся к фольклору. В реальности в доме
спокойно жили, например, железнодорожный магнат фон Мекк и князь Лев
Голицын.
В 1920-е годы собиратель городского фольклора Е. З. Баранов
записывал рассказы извозчиков, водопроводчиков и прохожих прямо у дома.
В 1928 году Общество «Старая Москва» (в котором участвовали А. Васнецов
и П. Миллер) выпустило книгу «Московские легенды», куда вошли и
арбатские истории. Миллер установил реальных владельцев и отметил, что
многие «призраки» объяснялись людьми, скрывавшимися в пустующем доме от
полиции.
Дом часто фотографировали и изображали на картинах
(например, у М. Гермашева). По ночам его обходили стороной. Во время
войны он был разрушен бомбардировкой (театр Вахтангова напротив
восстановили, а этот дом — нет).
Другие связанные с Арбатом
истории и «легенды»
Дом с рыцарями (Арбат, 35). Это сохранившийся
доходный дом Филатовой (1912–1914, архитектор Валентин Дубовской) в
неоготическом стиле. На фасаде — две скульптуры рыцарей. С ним связана
литературная легенда: Михаил Булгаков, часто бывавший в театре
Вахтангова напротив, якобы «подсмотрел» одного из рыцарей для образа
Коровьева-Фагота. В финале «Мастера и Маргариты» Коровьев обретает
истинный облик — мрачного тёмно-фиолетового рыцаря, летящего рядом с
Воландом. Поэт и бард Евгений Агранович посвятил рыцарю стихи
(«Последний рыцарь на Арбате…»). Это скорее литературный миф, чем
народная легенда, но он прочно связан с местом.
Арбат в целом овеян
ореолом «живой легенды» Москвы — улицы художников, поэтов, актёров,
интеллигенции. Здесь жили и бывали многие известные люди, здесь кипела
богемная жизнь. Народные «легенды» часто переплетаются с литературными
(Булгаков, «Дети Арбата» Рыбакова и др.), а также с историями о
дореволюционном быте, советских уплотнениях и репрессиях. Отдельного
большого корпуса «народных» духов/нечисти, кроме дома № 14, практически
нет — Арбат больше ассоциируется с культурной мифологией, чем с
классическим городским хоррором.