Каламита — средневековая крепость, руины которой стоят на плато Монастырской скалы в Инкермане, на правом берегу реки Чёрной недалеко от её впадения в Севастопольскую бухту. Укрепление существовало с VI по XVIII век, сменило нескольких хозяев — Византию, княжество Феодоро, генуэзцев и Османскую империю — и сегодня охраняется как объект культурного наследия федерального значения. От центра Севастополя сюда недалеко, а с обрывов открывается вид на долину Чёрной и вершину бухты.
Современная Каламита — это полуразрушенные башни, остатки стен, неглубокий ров с пещерами-казематами и большой деревянный крест на месте исчезнувшего храма. Под обрывом, в толще той же скалы, находятся пещерные церкви действующего монастыря. Ниже рассказано, как устроена крепость, что известно о её прошлом и почему от неё уцелело так немного.
Укрепление занимает юго-западную часть Монастырской скалы, отрога Мекензиевых гор. С юга и запада плато обрывается почти отвесно: высота обрывов составляет от 40 до 80 метров. Внутри стен помещалась площадка размером примерно 215 на 110 метров, около 1,3 гектара; по оценке археолога В. Ф. Филиппенко — около 1,2 гектара. С северной и восточной, так называемой напольной, стороны шла стена длиной 234 метра, а с учётом следов кладки вдоль обрывов общая длина стен превышала 500 метров.
Оборону составляли шесть башен, ров перед ними и вал за рвом. Три башни сохранились примерно на две трети высоты, остальные, как и стены, превратились в руины. Толщина стен колебалась от 1,2 до 4 метров, а башни поднимались примерно на 12 метров. Ров на восточном участке достигал глубины 3,7 метра при ширине 9 метров. Стены и башни сложены из бутового камня и известняковых блоков на известковом растворе, причём их размеры и очертания восходят ещё к византийской эпохе.
В южных и западных обрывах сохранилось более сотни искусственных пещер. Большинство из них служили жилыми и хозяйственными помещениями, но есть и культовые, и оборонительные. В XV веке у крепости вырос посад с напольной стороны, а в долине реки — пригород. Тогда же начали возводить передовую линию обороны, но успели поставить лишь квадратную въездную башню примерно в 150 метрах западнее ворот и высеченную в скале подъездную дорогу; они известны по планам и рисунку 1773, 1775 и 1783 годов.
Происхождение названия до сих пор обсуждается. Чаще всего его выводят от византийского греческого слова, означающего тростник или камыш. Есть и прочтение «красивый мыс», а историк Д. Е. Афиногенов предлагал перевод «прекрасные квартиры». А. Ю. Виноградов допускает, что имя родилось в итальянской среде от слова calamita — «магнит», как переосмысление более старого «камышового» названия порта, притягивавшего купцов. На генуэзских морских картах с начала XIV века и в документах с 1426 года крепость встречается в десятке латинских написаний. Турецкое имя Инкерман, по объяснению путешественника Эвлии Челеби, связано с множеством пещер в окрестных скалах.
Историки обычно делят прошлое Каламиты на три периода: византийский, феодоритский и турецкий. Современный взгляд на её начало сложился после раскопок Е. В. Веймарна в 1948–1950 годах: учёный пришёл к выводу, что крепость основали византийцы во второй половине VI века, в конце правления Юстиниана I или вскоре после его смерти. Большинство исследователей считают, что первое укрепление построили в конце VI — начале VII века: две стены толщиной около 1,1–1,2 метра сходились под тупым углом, а в месте их встречи стояла башня размером 14 на 14 метров. Окончанием византийского периода чаще всего считают VIII век. Впрочем, единства нет: одни авторы видели здесь Дорос, другие, напротив, называли крепость генуэзской и отрицали находки VI–VIII веков.
Новая жизнь крепости связана с княжеством Феодоро, столица которого находилась на соседнем плато Мангупа. Строительство феодоритской Каламиты на месте византийских стен, по мнению историка В. Л. Мыца, начал князь Алексей не ранее 1422–1423 годов, на фоне обострения отношений с генуэзской Кафой. Известна и строительная надпись Алексея 1427 года. В октябре 1423 года консул Кафы направил против Каламиты морской поход. После окончания конфликта Каламита стала единственным портом княжества: через неё и соседнюю гавань Авлиту шла связь с Трапезундом, Синопом, Венецией и Молдавией, а морская торговля превратилась в один из главных источников дохода Феодоро.
Во время Генуэзско-феодоритской войны 1433–1441 годов князь Алексей поддерживал Венецию и предоставил Авлиту венецианской эскадре. 10 июня 1434 года к Каламите подошёл генуэзский отряд Карло Ломеллино; жители заранее покинули город, и крепость перешла в руки генуэзцев. Город сожгли, но затем были вынуждены его восстанавливать, усилив стены. После войны значение Каламиты ещё выросло: в 1453 году консул Кафы с тревогой докладывал в Геную, что торговля в Каламите идёт бойко и судов там больше обычного. Значительную часть этих доходов, как и в других портах региона, давала работорговля.
К середине XV века город состоял из укреплённого центра, посада и пригорода в долине Чёрной, рядом работали порт со складами и верфями, а в окрестных скалах — монастыри и скиты. В 1475 году османские войска Гедик Ахмед-паши захватили Каламиту; хорошая сохранность укреплений, по мнению Мыца, может говорить о том, что серьёзного сопротивления не было. Порт затем снабжал турецкую армию, осаждавшую Мангуп.
После падения Феодоро крепость с посадом вошла в санджак Кефе Османской империи. Турки называли её Инкирман, и это имя со временем закрепилось за всей местностью. Оборону перестроили с учётом огнестрельного оружия: появился гласис, а на стыке XVI и XVII веков перед рвом с напольной стороны выросла ещё одна башня, соединённая со стенами переходом. По налоговым ведомостям 1520 года в Инкермане значилось 179 мусульман и 1153 немусульманина.
В XVI–XVII веках здесь, по меньшей мере некоторое время, находилась резиденция нуреддин-султана Крымского ханства, куда приезжали иностранные послы. Польский дипломат Мартин Броневский в 1578 году насчитал около 300 домов к северо-западу от крепости и описал плиту с греческой надписью и гербами над воротами. Московский дьяк Иаков Лызлов в 1634 году писал о пёстром населении «городка» и о множестве кораблей в порту. Участники посольства Родион Жуков и Л. Пашин в 1657 году отметили шесть башен и седьмую, отводную. Подробнее всех крепость описал Эвлия Челеби, побывавший здесь в 1666 году: он сравнил её с миндалиной, отметил мощную восточную стену, шесть башен и глубокий ров, а внутри — пустующие дома, тогда как начальник гарнизона с полусотней воинов жил у подножия скалы, на берегу реки.
После прихода русских войск в 1771 году крепость потеряла военное значение. В 1773 году штурман Иван Батурин снял её подробный план, зафиксировав все шесть башен, пять куртин, ров, гласис и отдельно стоящую проездную башню. После основания Севастополя в 1784 году рядом с крепостью начали добывать строительный камень, и этот карьер работал вплоть до новейшего времени.
В Крымскую войну на территории крепости стояли русские резервные части, а во время Инкерманского сражения 24 октября 1854 года ядра и бомбы повредили монастырские храмы. В начале XX века плато окончательно перешло к монастырю. В 1901 году в память о Инкерманском сражении здесь заложили храм-памятник, и в 1905 году его освятили во имя святого Николая Чудотворца; рядом выросли два братских корпуса. О самой обители в скале под крепостью рассказано на странице Инкерманского пещерного монастыря.
В 1926 году монастырь ликвидировали, а землетрясение 1927 года оставило большие трещины на стенах собора и Благовещенской церкви. Планы сноса обсуждались до 1933 года, но не были осуществлены; в корпусах на плато поселили семьи рабочих. В октябре 1937 года в составе Севастопольского музейного объединения появился «Музей пещерных городов», в который включили и Каламиту. Во время обороны Севастополя в 1941–1942 годах в крепости и монастыре находился штаб 25-й Чапаевской дивизии, и постройки на плато сильно пострадали.
Самый тяжёлый удар памятнику нанесли послевоенные годы. С конца 1940-х руины собора и монастырских зданий разбирали на стройматериалы, а в 1947 году вплотную к крепости началась ломка известняка. Комиссия Академии наук и крымских музеев, обследовавшая Каламиту в октябре 1947 года, констатировала, что четыре из шести башен разобраны почти полностью. Тогда же, с 1948 года, в зоне будущего карьера работала археологическая экспедиция Веймарна. Позднее на руинах проводились реставрационные работы: на пятой башне — в 1968 году, а в 1980-х годах разрабатывались проекты консервации укреплений.
Когда была построена Каламита?
Большинство историков считают, что первое укрепление возвели византийцы в конце VI — начале VII века. Феодоритскую крепость на его месте строил князь Алексей в 1420-х годах; известна его строительная надпись 1427 года.
Почему крепость называют Инкерманом?
Это турецкое название, которое крепость получила после 1475 года. Эвлия Челеби объяснял его множеством пещер в окрестных скалах; со временем имя перешло к городу.
Что сохранилось от крепости?
Руины башен — три из шести уцелели примерно на две трети, — остатки стен, ров с пещерами-казематами и более сотни искусственных пещер в обрывах.
Можно ли совместить осмотр с другими местами?
Да: в скале под крепостью находится действующий пещерный монастырь, а столица того же княжества, Мангуп-Кале, расположена в горах к востоку.
Каламита стоит над Инкерманом — небольшим городом у вершины Севастопольской бухты, в устье реки Чёрной. Из центра Севастополя туда можно добраться на автомобиле по дороге вдоль бухты или по Симферопольскому шоссе, а также на общественном транспорте, который ходит между городом и Инкерманом. Железнодорожная линия в сторону Симферополя проходит прямо у подножия скалы. Перед поездкой стоит уточнить действующие маршруты. Если вы путешествуете на машине, имейте в виду, что Инкерман — оживлённый промышленный пригород с узкими улицами у подножия скал, поэтому место для стоянки удобнее искать заранее, ближе к монастырю.
Обычно путь к руинам начинается от монастыря: от его территории наверх ведут лестницы и тропа. Подъём недолгий, но местами крутой, поэтому лучше выбрать удобную обувь. На плато мало тени, и в жаркий день пригодятся вода и головной убор. Важно помнить, что за пределами крепостной площадки обрывы почти вертикальные, а с напольной стороны к памятнику вплотную подходит заброшенный карьер, поэтому подходить к краю опасно, особенно с детьми. Помните и о том, что руины — охраняемый памятник федерального значения: подниматься на стены и башни, выламывать камни или оставлять надписи нельзя, ведь от средневековой кладки и так уцелело совсем немного.
Монастырь в скале действующий, и при проходе через его территорию нужно соблюдать правила поведения в обители. Удобно спланировать посещение так, чтобы сначала осмотреть пещерные храмы, а затем подняться к руинам и уже сверху увидеть, как скальная обитель, крепость, каменоломни, река и бухта складываются в единый пейзаж. Хорошо заранее посмотреть на схему Монастырской скалы: так будет понятнее, где проходила напольная стена, где стояли башни и в какой стороне находился средневековый порт. На всё посещение, включая монастырь, разумно отвести два-три часа, а при желании добавить прогулку по долине реки Чёрной.
Тем, кто хочет продолжить знакомство со средневековым Крымом, стоит отправиться на Мангуп, а любителям моря — к скалистому мысу Фиолент на юго-западе города. Другие районы и памятники описаны на странице Севастополя.